А с точки зрения финансовых показателей и вообще организации бизнес-процессов католическая церковь — это крупнейший землевладелец, это крупнейшее количество филиалов, расположенных на территории различных государств, самая низкая заработная плата у персонала низового звена, самая низкая текучесть персонала…
«В РОССИИ НЕТ СОБСТВЕННОГО ТОВАРА»
— Откуда взялся громадный рост цен на продовольственные товары за последние год-полтора?
— Во-первых, в России нет собственного товара. Это самая тяжелая, самая больная проблема. 75% наших товаров — или импортные, или близкие к импортным по своему происхождению. К сожалению, такая ситуация развивается по восходящей. Со времен СССР сельскохозяйственные предприятия не создаются. Считалось (и продолжает считаться!), что основная задача государственной политики — это просто дать денег. Нынешний министр сельского хозяйства РФ, считающий личными врагами все сетевые компании по той причине, что есть входные бонусы и сельхозпроизводителям якобы невозможно пробиться на полки магазинов, когда задается вопрос, а как он намерен поддерживать сельхозпроизводство, отвечает: «Либо покупкой импортных комбайнов, либо компенсацией части процентной ставки по кредитам». Слыша такой ответ, мне всегда хочется вскочить и заорать: «Слушайте, г-н министр, а где тот мужик, где та баба, что будут работать на этом комбайне? Вы население на вымирающее село завезли? А?»
Поэтому первое и самое главное, обеспечивающее громадный рост цен на продовольственные товары за последние год-полтора,— это отсутствие у нас собственного продовольствия. Соответственно, как таковая отсутствует и конкуренция за производство продовольственных товаров. То обстоятельство, что на территории каждого города производится пиво,— это классно. Но мне все-таки кажется, что не пивом единым жив человек. Основные продукты — это совершенно другое. Мне хотелось бы, чтобы мы сами, например, выращивали те же самые яблоки и груши — нет, не тот, образно говоря, фруктовый «отстой», который я сам же продаю (я просто не могу купить другой товар), а действительно качественную, экологически чистую продукцию. Посмотрите, чем мы торгуем. Какие-то кормовые бананы, перемороженное мясо, потому что за парным выстраивается очередь, синий цыпленок, которого мы с вами старательно вымачиваем в марганцовке, лишь только он пережил срок годности…
Вот когда будет настоящая насыщенность рынка товаром, вот когда будет реальная конкуренция, вот когда рынок будут атаковать поставщики, вот тогда у нас и не будет роста цен на продовольствие. Это большая государственная программа, которую нужно реализовывать в режиме полноценного диалога между бизнесом и властью. Пока же диалог на конференциях, проходящих по поводу взаимоотношений властей и бизнеса, происходит в форме диалога мясника с коровой. Мясник, ласково заглядывая корове в глаза и держа нож на ее горле, вкрадчиво спрашивает: «Так что у нас сегодня — говядина или молоко?»
«ЕВРО ДОЛЖЕН СТОИТЬ КАК МИНИМУМ 105 РУБЛЕЙ»
— Почему за границей, в той же самой Чехии, в магазинах и ресторанах все дешевле, а у нас все дороже?
— Ботинки, которые на мне, стоят 600 руб. Я покупал их в Чехии. Когда я приехал из Праги и у меня отвалилась подошва, в Москве я попросил поставить ей замену. Новая подошва стоит 350 руб. Поэтому, когда я опять поехал в Чехию, я просто зашел в дешевый магазин, купил новые ботинки, а старые выкинул, не стал морочить себе голову…
У моего дома в Праге местные бомжи (правда, они больше похожи на маргиналов) по утрам кушают свежую клубнику из лавки зеленщика-вьетнамца по 50 руб. за 1 кг…
Почему за границей все действительно дешевле, а у нас дороже? Ситуация заключается в том, что искусственно созданные в России цены на недвижимость и искусственно загнанная заработная плата вкладываются в конечную стоимость любого товара. Я все-таки рассчитываю на то, что в этом году будет нормальный кризис, который приведет экономику России в резкий холодный коллапс, который все поставит на место, потому что 1 евро должен стоить как минимум 105 руб.
«ДВЕРНОЙ ГЛАЗОК ВЫГЛЯДИТ КАК ВИДЕОКАМЕРА»
— Какие мероприятия наиболее эффективны для предотвращения хищений в магазинах?
— Предлагая бороться с хищениями, многие говорят о необходимости ставить дорогостоящие системы безопасности. А нужно ли это делать? Чем можно заменить систему видеонаблюдения в магазине? Только дешево?.. Идете в строймаг и покупаете дверные глазки по 4 руб. за 1 штуку. Отрезаете, клеите и подписываете. Дверной глазок выглядит как видеокамера…
Чем можно заменить большие зеркала в гипермаркетах, каждое из которых стоит 400—500 у. е.? Ставите под углом зеркало от «КамАЗа» за 200 руб., и весь торговый зал у вас под обозрением. Дешево и мило!.. Да и красиво!..
Давайте включать голову! Она не только для того, чтобы туда есть…
«ПРИДЕТСЯ РАБОТАТЬ ПЕХОТОЙ»
— Есть большое желание работать в ваших рядах. Как это можно осуществить?
— Быстро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Осуществить это достаточно просто, другое дело — насколько это будет интересно для вас же. Не забывайте, что придется работать… пехотой. А пехотой работать сложно. Одно дело — слушать меня на бизнес-форуме, прекрасно понимая всю верхушку технологии, другое дело — быть в конкретной практической ситуации, например, выступать в роли директора магазина, которому из центрального офиса приходит распоряжение сократить ассортимент, причем сократить определенным образом. (Есть определенная психологическая зацепка, что большой ассортимент — это большой товарооборот). Или сократить определенное количество людей — Иванова, Петрова, Сидорова,— или определенные должности.
Самое близкое к Нижнему Новгороду мое подразделение — это московская компания «Марка», которая встала под реорганизацию три недели назад. Так что всегда добро пожаловать!.. Но насколько это интересно вам? С другой стороны, я могу сказать, что вы увидите меня в шортах и футболке, работающего грузчиком на дебаркадере, поскольку мой подход к организации бизнеса следующий: весь офис один раз в три месяца в полном составе выгоняется на работу в магазин, включая первых лиц. Я, поскольку человек не очень квалифицированный, стараюсь в службу заказов не лезть и работаю либо грузчиком, либо на выкладке товара в торговом зале. В этом есть определенный прикол…
Как говорится, добро пожаловать на борт!
«ПРИДЕТСЯ РАБОТАТЬ ПЕХОТОЙ»
— Разрешаете ли вы своим рабочим, продавцам, менеджерам иметь, кроме заработной платы, дополнительный доход или, мягко говоря, обманывать работодателя?
— Закупщик, который берет сверх того, что определено тарифной сеткой, «вылетает» со своей должности. Я даю ему «волчий билет» и стараюсь возбудить против него уголовное дело. Если я сам езжу в магазин работать в качестве грузчика, то мне не очень приятно, что какой-то негодяй, который называет себя «белым воротничком», еще и ворует у меня.
Я честно могу сказать, что к работникам офиса я отношусь как к дармоедам. На 26 магазинов в Твери у меня работают всего 44 человека в офисе, включая службу закупки и все остальное. И все они регулярно работают в магазинах, потому что белую рубашку надо надевать только на бизнес-форумы…
«ДЕНЬГИ ТРАЧУ ТОЛЬКО НА СВОЙ БИЗНЕС»
— Куда вы тратите заработанные деньги, если на питание в вашей семье из четырех человек, по вашим собственным словам, уходит всего 9 тыс. рублей?
— В общем-то никуда, только на свой бизнес. Могу сказать, что моя семья из четырех человек потребляет в месяц товаров и услуг на сумму 40 тыс. рублей, включая расходы на школу и т. д., по той причине, что у нас нет особых потребностей в виде скупки золота и бриллиантов. Покупка желтого металла и драгоценных камней не является для нас фетишем.
Если мы говорим о нормах потребления, то я всегда могу сослаться на пример владельца компании «ИКЕА», который до сих пор ездит на 440-м «вольвешнике» и при этом не сильно напрягается по поводу престижности модели своей машины. Для меня достаточно комфортно ездить на мотоцикле, причем в шортах.
Скажу больше: у меня в кармане лежит проездной на пражский трамвай, хотя я мог бы передвигаться по столице Чехии на «навороченном» «Мерседесе». Просто по Праге передвигаться на трамвае, который ходит с интервалом в 12 минут, очень практично и более удобно, чем, например, на том же самом пражском метро: в подземку сначала нужно спуститься, а после поездки — подняться.
«КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ? ПЕРЕКРАШИВАЙТЕ ЦВЕТА И МЕНЯЙТЕ ВЫВЕСКУ
— Как повысить резко упавший имидж компании?
— Если у вас действительно критическая ситуация, то просто перекрасьте цвета и поменяйте вывеску. Ну а самый простой и дешевый способ заключается в следующем: натяните баннер с информацией о том, что магазин теперь называется не гастроном, а гастрономчик, сообщите всем, что вас перекупили (за очень большие деньги!), и будет вам счастье!
Основная проблема, конечно же, заключается в том, что для радикального изменения ситуации к лучшему нужно менять внутренние бизнес-процессы. Без этого резко упавший имидж не поднять…
Точка зрения
ПОТАПЕНКО ГЛАЗАМИ НИЖЕГОРОДЦЕВ
Василий Евгеньевич ПУШКИН, генеральный директор холдинга ТД «Народный» (г. Нижний Новгород), депутат городской Думы Нижнего Новгорода, «Человек торговли-2003», «Менеджер года»:
— Есть такой термин — «апгрейд мозгов». Я думаю, что именно такой апгрейд мозгов и пережили благодаря г-ну Потапенко участники бизнес-форума «Наше дело — МАГАЗИН». Я вижу, что Потапенко говорит такие вещи, которые иногда и ты сам в принципе знаешь. Но у тебя они как бы проходят фоном, а у Потапенко — материализуются, причем весомо, грубо, зримо и очень эмоционально. Да, надо экономить. Да, главное — это продажи, а отнюдь не то, какой плиткой выложен твой магазин. Потапенко как бы дает всем нам определенный вектор, направление, ориентир в торговом бизнесе, произносит то, что только витает в воздухе, словесно еще не оформлено.
Здесь еще классно то обстоятельство, что г-н Потапенко — один из немногих людей, у которых приятно учиться не только успешной работе на торговом поприще, но и учиться ясно, внятно и доходчиво излагать свои мысли. Дело в том, что мы часто не обращаем внимания на стиль изложения, а ведь 80% информации доносится до человека эмоциями и лишь только 20% — смыслом. Г-н Потапенко все делает совершенно правильно — он воздействует на подкорку, на эмоции аудитории, а мы в общении друг с другом, в общении с подчиненными пытаемся использовать те самые незадачливые «безэмоциональные» 20%, а 80% «ударных эмоций» остаются у нас как бы за кадром…
Михаил СПИРИН/ТиТО
